Страница 2 из 8 ПерваяПервая 12345678 ПоследняяПоследняя
Показано с 16 по 30 из 119

Тема: "Каприз инфанты"

  1. #16
    Участник Аватар для Мара Ли
    Регистрация
    27.03.2009
    Адрес
    Сочи
    Сообщений
    453
    Спасибо
    я - 237; мне - 258
    Ninett, я с удовольствием прочитала написанное. Итак, интрига завязывается! Дружба Мотвиль и Нансе по меньшей мере, удивляет. Интересно, отчего король представил юной королеве де Полле.
    И вправду ли между Марготтой и Француа завязывается роман?
    Юная королева вызывает симпатию. У автора, очевидно, тоже. Маргарита де Нансе показалась мне ларчиком с секретом. А вот Шарлоты я бы опасалась.
    Духовник Нинетт вызывает смутное беспокойство.
    Мне очень понравился диалог придворных дам в карете. По-моему разумению, он очень изящен, и мне кажется, именно такой и мог произойти.
    С подтекстом, с интригующим смыслом, и конечно полный тайной ненависти к экс-фаворитке. Он очень удался.
    Могу сказать автору, что читать было легко и приятно. И к тому же все так и дышит предстоящими интригами и приключениями!

  2. Пользователь сказал cпасибо:


  3. #17
    Фанат Симс Аватар для Ninett
    Регистрация
    07.03.2005
    Сообщений
    3,515
    Спасибо
    я - 279; мне - 408
    Мара Ли,
    огромное спасибо за замечательный отзыв, мне безумно приятно, что данный проект вызывает интерес! Насчет Маргариты подмечено совершенно точно, эта леди у нас еще не раз проявит свой неоднозначный характер, моя соавтор над ее образом в свое время потрудилась изрядно
    Еще раз спасибо, обещаю не задерживаться с продолжением!

  4. #18
    Фанат Симс Аватар для Ninett
    Регистрация
    07.03.2005
    Сообщений
    3,515
    Спасибо
    я - 279; мне - 408
    Глава 4

    Шел следующий после свадьбы Людовика XIII день. Над Парижем светило солнце, и на город, казалось, снизошло высшее благословение - горожане были довольны и счастливы, по случаю свадьбы на улицах продолжалось веселое празднество, в котором сегодня участвовали и солдаты его величества, гвардейцы и мушкетеры, которые вчера были заняты на службе, охраняя шествие...
    А Нинетт-Антуанетта к своему ужасу чувствовала себя словно бы невостребованной. Когда был окончен утренний церемониал, затем завтрак, Людовик XIII, нежно взглянув на супругу, отправился к себе, чтобы заняться указами и делами государства. Однако при этом он позвал с собой несколько придворных кавалеров, славящихся чувством юмора. А королеве предстояло вернуться в свои покои и в обществе одних только фрейлин провести весь день. Весь день до вечера! Только к вечеру ожидалось празднество - продолжение вчерашнего торжества.
    Нинетт ходила по комнатам, не зная, что предпринять. Неужели удел королевы Франции - скука? Ведь это противоречит всему, всем ее представлениям, приготовлениям. Или она чего-то не понимает, не знает своих возможностей, своих прав?.. Нинетт растерялась. Она всегда считала себя сильной натурой, а теперь не могла взять себя в руки. Следовало собраться с мыслями и чувствами, но они были расстроены на разные лады. Действительно, за один только вчерашний день произошло столько всего, что просто в голове не укладывалось! Даже идеальная память не помогла запомнить все увиденные лица! И все же некоторые запомнились особенно: королева-мать, старая принцесса, герцог Орлеанский, господин де Тревиль, герцогиня д 'Эмери, епископ Люсонский...
    При последнем имени королева вздрогнула. Она не боялась епископа, но какое-то чувство страха, в котором почтение смешивается с пренебрежением, овладело ей при воспоминании о его преосвященстве.
    "Это человек королевы-матери, - говорила она себе и не верила. - Да нет же, этот человек не может быть ее человеком! Он для этого слишком... Он не такой!"



    Вдруг Нинетт показалось, что кто-то может подслушать ее мысли. Она огляделась - в этих и соседних покоях находилось человек восемь ее фрейлин, и перед всеми ними следовало держать себя спокойно и величественно. Большинство из них сплотилось вокруг Маргариты де Нансе, всячески выявляя свою искреннюю привязанность, предлагая дружбу и поддержку. Фрейлины уже интуитивно чувствовали, на кого могла снизойти благоволение королевы, и старались заслужить доверие возможной фаворитки. Впрочем, несколько человек, опираясь на свое внутреннее чутье, полагало еще, что герцогиня де Мотвиль все же имеет больше шансов, чем графиня, и по старой памяти прислуживали первой. М-ль де Мотвиль не отказывалась ни от каких заверений и вела себя так, словно бы она и была королевой Франции. Впрочем, это положение действительно было ей не ново...
    Неподвижная до этого Нинетт встала и велела всем фрейлинам удалиться. С покорными поклонами девушки поспешили исполнить приказание.
    - М-ль де Нансе! - окликнула королева, поразмыслив мгновение. - А вы не покидайте меня!
    - Да, ваше величество, - вновь поклонилась графиня.
    Убедившись, что в комнатах точно никого не осталось, королева предложила фрейлине присесть, а сама заговорила с надменной улыбкой.
    - Насколько я могу судить, уже весь двор знает о поручении, которое дал вам вчера король?
    - Что ваше величество изволит иметь в виду? - не поняла Маргарита. Нинетт усмехнулась жестче.
    - То, что вы, м-ль, сегодня с самого утра окружены королевским по размаху вниманием!
    Маргарита не нашла, что ответить, и на щеках ее начала полыхать румянец.
    Эта неловкость неожиданно понравилась Нинетт-Антуанетте. И она заговорила помягче.
    - Впрочем, королевское внимание - понятие странное и растяжимое. У меня создается впечатление, что пока во Франции не было королевы, каждая придворная красавица считала себя ею.
    Маргарита молча и недоуменно смотрела на Нинетт. Но та продолжала, желая кое-что выяснить до конца.
    - Герцогиня де Мотвиль... У меня возникает ощущение, что именно она чувствовала себя центром всеобщего внимания до моего появления, а теперь желает как-либо удержать было положение, хотя бы путем...
    Тут королева замолкла, поймав на себе восторженный взгляд графини. Она вновь улыбнулась.
    - Что вы на меня так смотрите, м-ль?
    - Я восхищена и преклоняюсь перед прозорливостью вашего величества! - произнесла Маргарита и тут же испугалась собственных слов, ведь они обязывали ее рассказать слишком многое. Она смешалась:
    - То есть, я хотела сказать...
    - Вы сказали то, что хотели. Итак, я угадала? До моего приезда королевой французского двора была герцогиня де Мотвиль?
    - Да, ваше величество, - отвечала девушка таким тоном, словно желает, но не может продолжить.
    - И?
    - Я не могу сказать этого вашему величеству! - взволнованно и даже искренне воскликнула Маргарита. - Шарлота моя подруга, и я....
    Удивленная и разгневанная таким ответом Нинетт-Антуанетта резко встала. Де Нансе также поспешно поднялась.



    - Я приказываю вам сказать то, что вы собирались! - повелительно произнесла Нинетт.- Королевой французского двора была герцогиня де Мотвиль и...
    - И даже больше, чем полагает ваше величество, - еще сильнее краснея, выдохнула Маргарита.
    - Более чем я полагаю? Но что это значит... – не договорив, Нинетт еще раз очень внимательно посмотрела на молодую девушку – весь ее вид утверждал королеву в верности своей догадки.
    Румянец пылал на нежных щеках графини, взгляд метался, боясь встретиться с гневным взором королевы, руки нервно сжимались.
    Нинетт только усмехнулась. Что ж, она вполне ожидала такого варианта. Конечно, не очень приятно, тем более что именно эта женщина так часто находится рядом с ней, но... Сейчас, в данную минуту Нинетт-Антуанетта выказывала только пренебрежение и презрение к прошлому и чувствовала большую симпатию к этой простой девушке, созданной не для интриг и хитростей. "Вот она, вся как на ладони; выдала ту, которую искренне считала подругой, и теперь не знает, как ей поступить..." - думала королева, но на этот раз сложно сказать, была ли она при этом столь прозорлива, как до этого...
    Однако как бы то ни было, Нинетт узнала, что хотела. Теперь ей были понятны и отношение других придворных к де Мотвиль, которое она поначалу считала странным, и те взгляды герцогини, которые юная королева иногда ловила на себе.
    Итак, Шарлота была любовницей Людовика. Интересно, почему они расстались? И расстались ли? - в душу Нинетт закралось страшное подозрение. А что, если... Нет-нет, не может быть! Луи так нежен, так заботлив... Но как эта женщина могла оказаться в числе ее фрейлин, если не благодаря королю?
    Нинетт закусила губу почти до крови - ее вновь охватило то чувство беспомощности, что и вчера на балу при встрече с Марией Медичи. Да, она знала, что во Франции будет окружена интригами и завистниками, но и не предполагала такого! - ее исповедник скорее всего шпион королевы-матери, приставленный к ней, чтобы следить и докладывать обо всем Марии Медичи, а одна из ее фрейлин бывшая - или нет? - любовница мужа!
    В этот момент Нинетт перехватила встревоженный взгляд Маргариты - девушка, казалось, уловила перемену в настроении ее величества. Нинетт поспешила придать своему лицу характерное бесстрастное выражение. Затем она повернулась к фрейлине с обворожительной улыбкой, которая, впрочем, выглядела несколько натянуто.
    - Что ж, оставим этот разговор, я вижу, что он неприятен вам. Поговорим о чем-нибудь другом... Вчера я заметила, что принцесса очень внимательна к вам. Это она устроила вас моей фрейлиной?
    - Да, ваше величество, - кивнула Маргарита, гадая, куда может привести этот разговор.
    - Стало быть, она так же имеет влияние на короля? Как странно - ее высочество, королева-мать...
    "Так вот, что ее интересует!" - догадалась Маргарита, и произнесла как можно более нейтрально:
    - Мне кажется, его величество все решения принимает самостоятельно, лишь изредка советуясь с ее величеством!
    - Вы так думаете? - Нинетт резко повернулась к ней. В ее голосе прозвучала едва уловимая усмешка.
    - Да, ваше величество!
    Королева улыбнулась, словно другого ответа она и не ожидала.
    Помолчав несколько минут, она вновь обратилась к Маргарите.
    - А что, графиня, вам известно о епископе Люсонском?
    Девушка вздрогнула, но королева была слишком погружена в свои мысли, чтобы заметить это.
    - Кажется, его назначили духовником вашего величества? - спросил графиня, хотя ей было это прекрасно известно.
    - Да, и я хочу узнать все, что известно о нем вам!
    - Но я почти ничего не знаю, ваше величество, ведь я недавно во Франции!
    Королева вздохнула с легким раздражением, однако сдержалась.
    - Но что-то вы должны были о нем слышать? - спросила она, пристально глядя Маргарите в глаза.
    Несмотря на все свое самообладание, та почувствовала себя очень неуютно под взглядом этих холодных пристальных глаз, а в памяти ее невольно всплыл вчерашний вечер, когда, придав себе как можно менее заинтересованный вид, она осторожно пыталась узнать у Шарлоты хоть какие-то сведения о столь взволновавшем ее прелате. Де Мотвиль всегда была не прочь посплетничать, и большая часть ее речей касалась лишь придворных слухов о том, что королева-мать не равнодушна к своему протеже, но у последнего при том имеется племянница, очаровательное создание восемнадцати лет, которое также смотрит на своего дядюшку с отнюдь не родственным восхищением… Однако были все же в ее словах и крупицы куда более достоверной информации, касавшейся его преосвященства, которой Маргарита посчитала возможным поделиться с королевой:
    - Право, совсем немногое, ваше величество: насколько мне известно, семья епископа происходит из Пуату, он сам намеревался стать военным, обучался в академии господина Плювинеля, - в ответ на вопросительный взгляд королевы, она поспешила пояснить, - там готовят офицеров для королевской кавалерии, мадам, - после чего продолжила. – однако затем по семейным обстоятельствам вынужден был стать священником, епископом Люсона, это небольшой город на западе Франции, - Маргарита непроизвольно вспомнила насмешливый голос подруги: «Развалины на болотах – вот и вся его епархия, Марготта!»



    - Его преосвященство был представителем от духовенства во время Генеральных Штатов, и, как говорят, с тех пор к нему благоволит ее величество королева-мать, - медленно произнесла графиня.
    - Да? И что же? - с явным интересом подхватила Нинетт-Антуанетта, однако м-ль де Нансе лишь покачала головой.
    - Это все, что я слышала!
    - Ну, хорошо-хорошо, - раздраженно произнесла королева. - Можете идти, я хочу остаться одна!
    Маргарита поклонилась и выскользнула за дверь.
    Оставшись одна, Нинетт откинулась на спинку кресла и прикрыла глаза.
    Слова графини лишь подтвердили все ее догадки. Что ж, во всяком случае, теперь ее величество точно знала, кому доверять не следовало. Герцогиня де Мотвиль и епископ Люсонский, а ведь именно с этими людьми ей придется видеться постоянно, и следовало бы… Но Нинетт не закончила свою мысль, так как в этот момент дверь в комнату отворилась, и ей доложили о том, что королева-мать желает видеть ее величество.
    Однако прежде, чем пройти к невестке, Мария Медичи встретилась в коридоре с Маргаритой де Нансе, которая как раз шла из покоев королевы.
    Завидев впереди королеву-мать, графиня, торопливо посторонившись, почтительно склонилась, в ожидании, когда Мария пройдет мимо. Однако вместо этого королева-мать замедлила шаги и остановилась как раз напротив Маргариты. Окинув девушку внимательным взглядом, она произнесла без интонаций:
    - Вы фрейлина Нинетт-Антуанетты?
    - Да, ваше величество, - робко отвечала графиня. При общении с молодой королевой она испытывала только глубокое почтение, теперь же почувствовала, как ее сковывает страх.
    - Прекрасно. Пойдите к его величеству и сообщите, что я желаю видеть его в покоях Нинетт-Антуанетты через четверть часа. Вы все поняли?
    -Да, ваше величество, - повторила Маргарита, хотя в голове у нее роилась сотня вопросов: где найти короля, какими словами следует передать повеление, зачем... Однако, вновь низко поклонившись, она отправилась по поручению. Тут ей в голову пришло одно замечание: Мария Медичи ни разу не назвала Нинетт-Антуанетту королевой или ее величеством... И старалась никогда не называть.
    Спеша сама не зная куда, графиня встретилась с уже известной нам Камилой д'Антраль, с которой у нее, как и со многими другими, установились хотя бы внешне дружеские отношения.
    - Ах, Камила, как хорошо, что я вас встретила!
    - Что случилось, Маргарита?
    - Вы... Вы не знаете, где сейчас его величество?
    - Его величество? - Камила внимательно посмотрела на графиню. - Его величество сейчас в своих покоях.
    - А... где именно?
    - Вы что, не знаете Лувра? - усмехнулась м-ль д 'Антраль. Маргарита вынужденно улыбнулась.
    - Не так хорошо, как вы, м-ль! Вы не проводите меня, Камила?
    Д'Антраль уже готова была отказаться под каким-либо благовидным предлогом, но в следующее мгновение она напомнила себе, кто сейчас Маргарита при королеве, и рассмеялась.
    - Ну что вы, Маргарита! Идемте, идемте. Просто поймите и вы меня правильно, во мне пробудилось любопытство! Что вам нужно от его величества, а? - прошептала она ей на ухо, беря Маргариту под руку. Поняв на Камилу правдивые серые глаза, де Нансе отвечала:
    - Мне дала поручение ее величество королева-мать.
    - Королева-мать? - изумленно ахнула Камила, впрочем, так, чтобы никто не услышал. - Подумать только! И что же ей нужно?
    - Она желала повидаться с сыном.
    - Прекрасно, - Камила пожала плечами, - Но почему она не могла послать для этого свою фрейлину?



    - Действительно, - согласилась Маргарита и задумалась: даже учитывая все известные ей обстоятельства, почему? Или Мария и сама до последнего момента не знала, что для странной ожидаемой беседы ей понадобится еще и сын? И только тут м-ль де Нансе поняла, что она знает новость, способную моментально привлечь к ней все внимание, дать почву для сотен новых толков... Стоит только рассказать, что королева-мать пошла к Нинетт-Антуанетте! Но стоит ли это делать? Или лучше сохранить доверие королевы? А то и обеих королев...
    - Ну, вот и королевские покои, - несколько обиженно произнесла Камила, рассерженная молчанием подруги, - Удачи вам! - и она гордо удалилась.
    Маргарита же растеряно огляделась. Что же, ей подойти к разодетому камердинеру у двери и попросить доложить королю, что его желает видеть фрейлина королевы? Но ведь король, наверное, занят...
    Пока Маргарита находилась в нерешительности, в залу вошел Гастон Орлеанский.
    Завидев у дверей симпатичную незнакомую девушку, герцог быстрым легким шагом приблизился к ней и поинтересовался, чего она желает или кого ожидает, и не может ли он ей чем-нибудь помочь. Растерявшись в первый момент от подобному легкому вихрю напора герцога, Маргарита, вспомнив, что ей было о нем известно, спокойно с приятной улыбкой отвечала, что ей нужно видеть короля.
    - Так вы к его величеству! Ну что ж, сейчас мы это устроим, я как раз к нему!
    Король находился в своем кабинете, чтобы обсудить с несколькими приближенными план пристройки Лувра. Впрочем, эта идея была забыта уже в самом начале, и сейчас придворные соревновались в остроумии, веселя короля.
    - Как скучен сегодня де Полле! - заметил Ланжели, шут его величества.
    - Действительно! Уж не влюбились ли вы, шевалье? - с хохотом поддержал барон де Рец.
    Молодые люди были веселы, король пребывал в хорошем настроении, смешной казалась любая фраза.
    - И мне кажется, я знаю в кого! - продолжил Ланжели.
    - Неужели? - заинтересовался Людовик. - Ну так скажите нам!
    - Я не смею при вашем величестве, - покачал головой шут, и окружающие его молодые люди вновь засмеялись.
    - Это еще почему? - воскликнул король.
    - Не смею... разгневать... - еле сдерживаясь, отвечал Ланжели.
    Тут смех как-то сам собою стих, а Людовик, побледнев от зарождающегося гнева, спросил:
    - Что вы имеете в виду?
    - Я полагаю, мсье имеет в виду ее величество, - с дерзкой усмешкой произнес Франсуа, чувствуя, что главная для него опасность миновала.
    - Королеву?! - Людовик был выведен из себя.
    - Да, сир, - покорно отвечал Ланжели и, опустив голову, вздохнул, - ее величество королеву-мать!



    Кабинет вновь наполнился хохотом. Все знали, что король никогда не питал к матери большой любви. Он сначала кусал усы, пытаясь сдержаться, но затем тоже рассмеялся. Безуспешно пытаясь принять серьезный вид, Людовик укоризненно говорил графу:
    - Ланжели, Ланжели ... вы смеетесь над моей матерью... Ее величество.... – король не успел договорить, так как в этот момент камердинер объявил:
    - Его высочество герцог Орлеанский!
    Людовик перевел дух.
    - Пусть войдет!
    Едва герцог появился на пороге, король заговорил: «Ну, наконец-то, брат, я ждал вас..." но осекся, заметив, что за Гастоном следует смущенная девушка, в которой он узнал вчерашнюю фрейлину.
    Обменявшись приветствиями с его величеством, герцог промолвил:
    - А теперь, ваше величество, позвольте представить вам мою протеже. Она весьма желала видеть вас!
    Любопытствующие взгляды всех присутствующих обратились к Маргарите. Она поклонилась - уже в третий раз за несколько прошедших минут.
    - Ваше величество, ее величество королева-мать передает вам, что хотела бы видеть вас через четверть часа в покоях ее величества Нинетт-Антуанетты!
    Повисла неприятная тишина. Затем Людовик с легким вздохом отвечал:
    - Что ж, ступайте, м-ль, я выполню просьбу ее величества.
    Маргарита поспешила удалиться.
    Король же вновь замолчал, вспоминая вчерашнюю беседу с матерью.
    В царившей тишине присутствующие чувствовали себя весьма неловко, но поделать ничего не могли...
    Перед входом в покои ее величества Людовик в последний раз нервно оглядел себя в зеркало, затем резко выдохнул и почти рывком открыл дверь.
    Обе королевы сидели близ окна. Мария - довольно свободно с самодовольной улыбкой на тонких губах, а Нинетт-Антуанетта - неестественно прямо, ее лицо было бледным, а губы плотно сжаты.
    При появлении его величества обе встали и поклонились королю. Людовик поцеловал руку матери и опустился на небольшую софу рядом супругой.
    - Я не хотел прерывать вашу беседу, мадам, но мне передали, что вы желали меня видеть.
    - Да, ваше величество, - кивнула Мария. - Пока вас не было, я давала некоторые наставления вашей очаровательной супруге.
    Людовик заметил, как при этих словах юная королева судорожно сжала в руке кружевной надушенный платок. Молчание Антуанетты не предвещало ничего хорошего, однако король любезно улыбнулся матери.
    - Наставления? Относительно чего же?
    - Относительно того, как подобает вести себя при дворе особе, занимающей столь высокое положение - насколько мне известно, до приезда во Францию ее величество не часто бывала в свете.
    - Но мадам, - с благожелательной улыбкой заметил Людовик, - я уверен, что в Испании ее величество уже узнала все необходимое!
    - Ваше величество, каждый двор имеет свои особенности, - чуть снисходительно усмехнулась Медичи. - И кому, как не мне, знать обо всех тонкостях придворной жизни!



    - Ваше величество, моя супруга и я очень ценим вашу заботу, - король взял руку Нинетт в свои. Ее пальцы были холодны, как лед.
    - Очень на это надеюсь. А также на то, что ее величество правильно усвоит мои уроки!
    - Не беспокойтесь, мадам, - произнесла с нарочито вежливой улыбкой молчавшая до сего времени Нинетт, - я постараюсь быть прилежной ученицей!
    Не уловивший в последней фразе королевы скрытого подтекста Людовик облегченно вздохнул - кажется, буря миновала.
    - Что ж, мне остается лишь еще раз поблагодарить вас за вашу заботу, мадам... Но вы, кажется, хотели со мной поговорить - не угодно ли пройти в мой кабинет?
    Мария с улыбкой поднялась:
    - Благодарю, ваше величество, однако я не стану вас задерживать - вас ждут дела... К тому же я уже сказала все, что хотела! - с этими словами она поклонилась сыну и вышла из комнаты.
    Несколько минут король и королева сидели в тишине. Наконец, Луи поднялся. Подойдя к двери, он обернулся и улыбнулся Нинетт - улыбка была нежной, но какой-то виноватой.
    - Ваше величество, мне бы хотелось остаться с вами, однако... дела... они не терпят промедления! – и, быстро поцеловав руку супруги, король поспешно скрылся за дверью.
    После его ухода Нинетт-Антуанетта продолжала сидеть словно в каком-то оцепенении. Немигающий взгляд зеленых глаз был устремлен одну точку, а лицо заливала буквально мертвенная бледность, столь не характерная для золотисто-смуглой кожи ее величества.
    Часы на дальней башне пробили полдень; звук заставил королеву вздрогнуть и очнуться. На смену оцепенению пришла ярость - ей был прекрасно понятен смысл разыгранного Марией спектакля: сначала показать, кто настоящий хозяин в Лувре, а затем подтвердить свое превосходство, позвав Людовика, ведь тот в продолжение всего разговора не сделал ни малейшей попытки противоречить матери!
    Нинетт вонзила ногти в шелковую подушечку. Что ж, если Медичи рискнула бросить ей вызов, она принимает его!


  5. #19
    Фанат Симс Аватар для Ninett
    Регистрация
    07.03.2005
    Сообщений
    3,515
    Спасибо
    я - 279; мне - 408
    Тем временем вечер, на который было намечено продолжение вчерашних празднеств, приближался. Маргарита задумчиво оглядывала свой гардероб. Она чувствовала, что на этот раз ей не все равно, кто обратит на нее внимание. Вообще Маргарита любила яркие оттенки, но такие цвета всегда обращали внимание на себя, затмевая ее бледную красоту. Сегодня свой выбор девушка остановила на довольно простом платье с матовыми разводами, в качестве украшения надев : восхитительный комплект из жемчуга: серьги, ожерелье и браслет, перехватывавший изящную кисть.
    Вот в таком светлом облачении Маргарита стояла перед зеркалом, когда к ней зашла Камила д'Антраль.
    - Ну, как, Маргарита, какое у вас будет платье? - весело и нетерпеливо спросила ее новая подруга.
    - Оно на мне, - пожала плечами де Нансе.
    - На вас? - Камила изумленно оглядела ее с ног до головы, - да вас же совсем не будет видно! Вы сами прозрачны, как лед, да еще надевать это бледное платье!
    Тут она вгляделась в костюм внимательнее и ахнула с восторгом и изумлением:
    - Маргарита, да что же это вы! Кто же надевает жемчуг со светлым платьем! А у вас такой дорогой набор А.... - она чуть смутилась.
    - Вы хотите знать, откуда? Мне подарил брат.
    - Ваш брат?
    - Да, он офицер в гвардии его величества.
    - Офицер гвардии его величества дарит сестре такие подарки? Он, должно быть, очень любит вас, Маргарита!



    Девушка пожала плечами и спокойно сообщила:
    - Сегодня он будет представлен ко двору.
    - И вы делаете все, чтобы загубить его карьеру! Ну привлеките же к себе внимание в самом деле!
    - Привлечь внимание? Вы полагаете, Камила, что это возможно?..
    В этот момент дверь вновь отворилась, и в комнату грациозно шагнула герцогиня де Мотвиль.
    - О, у тебя гости, Марготта! - вполне дружелюбно улыбнулась она.
    - Да, гости, - продолжила Камила, - и гости пытаются что-нибудь сделать с этой скромницей - вы видите, в чем она собралась на бал?
    Шарлота окинула Маргариту оценивающим взглядом и, вспоминая намеченные другими дамами яркие, сочные тона, поняла, что де Нансе не проиграет, а скорее выиграет в своем легком одеянии.
    - А что вам не нравится, Камила? - искренне выразила удивление герцогиня.
    С тех пор, как Маргарита беседовала с Нинетт-Антуанеттой и передавала королю поручение Марии Медичи, все старались быть с ней как можно приветливей и дружелюбнее.
    - Я бы только заменила жемчуг, - продолжала де Мотвиль. - Он как-то не обращает на себя внимания, а любой драгоценный камень должен блистать!
    - Вы так думаете? - вдруг спросила графиня.
    - Что?
    - Что каждая драгоценность должна быть с блеском?
    Шарлота пожала плечами и обратилась к м-ль д'Антраль:
    - Марготта постоянно норовит перейти на высшие материи!
    - Я оставлю украшение на себе, - решила Маргарита. - Его подарил мне брат, который сегодня, как военный, впервые появится при дворе, и ему будет приятно видеть его на мне!
    - Тем более вам следует сменить платье! - настойчиво заметила Камила, но ее прервал стук в дверь.
    - Входите, - сказала Маргарита, и все три девушки повернулись к двери. На пороге замер шевалье де Полле.
    Он наконец-то решился на этот визит, визит для решительного объяснения, и надеялся, что в это время, перед балом, когда все придворные готовятся к предстоящему торжеству, м-ль де Нансе будет пребывать в гордом и, вероятно, любимом ею одиночестве. На присутствие двух невольных свидетельниц шевалье никак не рассчитывал.



    Однако Камила и Шарлота встретили его очень дружелюбно, без скрытой язвительности и лишних намеков. Наперебой они радостно восклицали: "Ах, шевалье!" и "Как мы рады вас видеть!", будто не встречались с ним на церемониалах несколько раз за день.
    Наконец, заговорила Маргарита и, задав первый же вопрос, поразилась собственной жестокости, ведь именно жестоко было с ее стороны открыто спрашивать:
    - Что же привело вас ко мне, мсье?
    Благодаря восклицаниям де Мотвиль и д'Антраль у Франсуа было время собраться с мыслями, и он отвечал:
    - Откровенно говоря, сударыни, я направлялся сюда в поисках м-ль де Мотвиль.
    - Вы искали меня? - удивилась герцогиня, - Что ж, я слушаю вас!
    - Право, м-ль, это стоило бы...
    - Ну что вы, шевалье, здесь же мои самые верные подруги! - с теплой улыбкой воскликнула Шарлота, беря Камилу за руку и поворачиваясь к Маргарите.
    - Ну, если вы настаиваете, герцогиня...
    - Да-да, я настаиваю!
    - В таком случае... меня просил найти вас виконт де Ла Морен!
    - Виконт?! - воскликнула Камила.
    - Быть может, нам лучше выйти, Шарлота? - сдержанно спросила Маргарита, внимательно наблюдавшая за происходящим.
    - Да нет же! Прошу вас, продолжайте, шевалье! Что просил передать мне виконт?
    - Что... что он сегодня будет на вечере!
    В комнате повисло недоуменное молчание. Затем Камила искусственно расхохоталась.
    -Да зачем же передавать это? Да еще через вас! Виконт придворный, и в его присутствии можно было не сомневаться!
    Франсуа и сам чувствовал, какой неумелой оказалась его ложь, но неожиданная помощь пришла откуда он её совсем не ждал:
    - Шарлота, неужели вы не понимаете? - покачала головой Маргарита. - Виконту безразлично, что просить передать - ему просто хочется, чтобы вы не забывали о его существовании! Но он слишком робок, чтобы самостоятельно напоминать вам о себе!
    - Ах, вот как! – с чрезмерной поспешностью закивала Шарлота. - Ну, теперь все понятно. Только вы, наш бедный шевалье, с каких это пор вы служите у виконта на посылках? С вашим-то положением... Впрочем, - прервала она саму себя, - мы заболтались. Бал приближается, де Ла Морен сообщает нам о своем присутствии, а мы еще не готовы. Идемте, Камила!
    - Вы правы, - согласилась та, не в силах скрыть двусмысленную улыбку. - До встречи, Маргарита, шевалье!
    И не успела м-ль де Нансе задержать их, как обе фрейлины выпорхнули из комнаты.
    Маргарита обратила на Франсуа скучающий взгляд. "Да, хорош собой, - думала она, - да, любимец короля... Но что мне до него?" - и она торопливо отогнала образ другого, невольно встающий у нее перед глазами со вчерашнего вечера.
    А Франсуа понял, что сейчас уже не сможет взяться за объяснение. Почтительно поклонившись, он шагнул к двери.
    -Шевалье! - окликнула его Маргарита. Он оглянулся - девушка протягивала ему руку для поцелуя. Однако де Полле, не коснувшись ее, стремительно вышел из комнаты.



    Если уж все придворные дамы так ответственно готовились к предстоящему балу, то стоит ли говорить о том, каким важным он был для Нинетт-Антуанетты!
    Юная королева обожала дворцовые празднества - их свет, музыку, смех... В Испании ей не часто доводилось бывать на балах, и потому сейчас она, как ребенок, радовалась предстоящему вечеру. До его начала оставалось около четверти часа.
    Нинетт в который раз оглядела себя в зеркало и тихо засмеялась - на нее смотрела прекрасная хрупкая девушка в темном атласном платье, подчеркивающем изящную фигуру. Волосы были забраны, но некоторые локоны кокетливо спадали на обнаженные плечи. Она вновь улыбнулась своему отражению - мысленно Нинетт уже представляла себе восхищенные взгляды мужчин и завистливые дам, когда и те, и другие будут почтительно склоняться перед ней...
    Празднество только началось. По ярко освещенным залам ходили разодетые придворные, обмениваясь остротами и дворцовыми сплетнями. Однако долгие разговоры не завязывались - все ждали...
    Но вот главный распорядитель торжественно объявил:
    - Его величество Людовик XIII! Ее величество Нинетт-Антуанетта!
    Двери распахнулись и под музыку с разных сторон залы появились царственные особы. С улыбкой король подал супруге руку, и они вместе прошествовали в центр зала, по дороге отвечая улыбками и кивками на приветствия придворных.
    До ужина было еще далеко. А пока предстояли музыка, представление ко двору и балет. Ближе к двери огромной залы стоял высокий темноволосый молодой человек лет двадцати пяти и, вежливо перенося на себе любопытные взгляды придворных, так же оглядываясь по сторонам.
    Когда в залу входили король с королевой, он даже не старался рассмотреть их лица или одежду - это ждало его впереди. Теперь же почтительная тишина сменилась праздничным гулом голосов и музыкой, льющейся с балконов.
    И вдруг за спиной молодого человека раздалось:
    - Шарль!
    Он оглянулся и пораженно воскликнул:
    - Марго!
    Капитан де Нансе восторженным взглядом окинул сестру.
    - Вы... вы бесподобны!
    Маргарита смутилась. Оглядывая похорошевшего и возмужавшего брата, она с улыбкой произнесла:
    - Разве мы уже "на вы"?
    - Но здесь... да еще глядя на вас! Я просто не могу поверить, что передо мной моя сестра!
    - Но я же узнала вас, брат, - усмехнулась Маргарита. - Ну да ладно, мы встретимся с вами завтра и все обсудим. А сейчас... скоро будет представление. Вы волнуетесь?
    - Волноваться? - он пожал плечами. - О чем я должен волноваться?
    Маргарита с улыбкой покачала головой и с гордостью поймала несколько восхищенных женских взглядов, обращенных на ее брата.
    - Вы все тот же самоуверенный Шарль!
    - И мне кажется, я имею на это право! - обаятельно улыбнулся он.
    Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга, не отпуская рук. С тех пор, как Шарль покинул Англию, чтобы во Франции начать карьеру военного, они виделись не более четырех раз, и Маргарита впервые имела возможность созерцать его так долго.



    - Вы получили мой подарок? - наконец спросил Шарль, чтобы заговорить хоть о чем-нибудь.
    - Набор жемчуга? Предмет зависти всех фрейлин? Да взгляните же, он на мне!
    - Ах да, действительно! - рассеяно рассмеялся он. Приближалась минута представления капитана королевской чете, и при всем желании сохранять холодное достоинство, он не мог сдержать некоторой тревоги.
    - Брат... - вдруг негромко спросила Маргарита, пытливо глядя ему в глаза, - пока вы в отпуске.. Вы пойдете к отцу?
    - А он в Париже?
    - Да.
    Шарль усмехнулся пренебрежительно и промолчал.
    - Нет, ответьте мне! - настаивала Маргарита.
    - Марго, - мягко произнес Шарль, - вы же сами сказали, что все объяснения - завтра!
    - А сейчас, - раздался из центра залы голос герцога д'Артуа, - позвольте представить вашему величеству барона де Руджиери, который...
    - Следующим должен быть я, - насторожился капитан де Нансе.
    "А все-таки он волнуется," - поняла Маргарита и ласково произнесла:
    - Все будет хорошо.
    - Конечно! - гордо усмехнулся Шарль.
    В этот момент, торопливо шагая окольным путем, в то время как все внимание было сосредоточенно в центре, к ним приблизился шевалье де Полле.
    - Капитан де Нансе? - быстро осведомился он.
    - К вашим услугам, мсье, - холодно отвечал Шарль, с достоинством оглядывая молодого франта.
    - Идемте, вы, верно, не знаете, что представление уже сейчас!
    - Отчего же? Я в состоянии следить за происходящим! - промолвил де Нансе и, пожав руку сестры, не оглядываясь, отправился вперед. Де Полле шел рядом, а Маргарита в тревоге смотрела на них - в разговоре молодых людей ей почудилась враждебность, и она весьма опасалась кровавого исхода - его никогда не ждут от маленькой неприязни, но именно оттуда он и получается.
    Тем не менее графиня осталась стоять около дверей, не думая, что ей удастся пройти сквозь плотные ряды придворных.
    Она не видела, как вполне дружески пожали руки де Полле и ее брат, как кланялся Шарль и как по великой милости, дарованной герою, целовал сначала руку короля, а затем королевы... и какой огонь вспыхнул в его глазах, когда он касался этой тонкой красивой руки.
    Но Маргарита не видела и не слышала ничего - ни голосов брата и коронованных особ, ни гула одобрения, которым придворные встретили капитана де Нансе, ни шелеста одежды, которым беспрестанно наполнялись залы Лувра.
    Все ее внимание было поглощено человеком, который бесшумно появился на пороге и стоял совсем рядом, в дверном проеме, с едва заметной усмешкой наблюдая происходящее. Этот человек появился здесь без объявления и в неуказанное время, пользуясь данным на то негласным позволением Марии Медичи.
    Замерев, сцепив побелевшие пальцы, до крови прикусив губу Маргарита, более не контролируя себя, расширенными от какого-то ужаса глазами, которые теперь, казалось, целиком состояли из увеличившихся черных зрачков, смотрела на епископа Люсонского, который спокойно и надменно стоял у дверей...



    Однако, уловив малейшее движение епископа, говорящее о том, что в следующую секунду он оглянется по сторонам, Маргарита торопливо разжала руки и, слизнув каплю крови с губ, приветливо улыбнулась. Правда, взгляда отвести не смогла. А епископ вежливо кивнул ей, но глаза его прошлись по ней, как по неодушевленному предмету. Впрочем, ничего другого графиня и не ожидала. А когда через несколько минут он скрылся из ее поля зрения, отправившись в сторону герцога д'Эмери, она сердито и недоуменно тряхнула головой, чувствуя себя человеком, очнувшимся после глубокого забытья.
    "Что со мной? - непонимающе спрашивала она себя, направляясь навстречу Шарлоте, которая оживленно манила ее к себе, - Я влюблена? Но как можно влюбиться в человека, не зная его души? Или именно в это-то все и дело? - я мечтаю понять его душу?.. Глупость какая! Непростительная слабость... Должно быть, сказалась вчерашняя бессонница!"
    - Как вы находите господина де Руджиери? - тихо спросил Людовик у Нинетт.
    - По-моему, очень ординарный человек, - отвечала королева, рассеяно улыбаясь придворным и оглядывая собравшихся, - но он так преданно смотрел на ваше величество, что это даже подозрительно!
    - Не будьте так жестоки, Антуанетта! - усмехнулся король. - Я слышал, он не слишком сообразителен, но зато отличается исполнительностью. А это, согласитесь, тоже неплохое качество!
    - Безусловно, - презрительно усмехнулась Нинетт, глядя на барона, который о чем-то беседовал с герцогом Монморанси. Вернее, говорил герцог, а де Руджиери лишь кивал, всем своим видом демонстрируя полное согласие с собеседником. Королева одарила эту сцену насмешливым взглядом, - однако я предпочитаю людей, готовых не только выполнить чужой приказ, но и способных принимать самостоятельные решения! Мне гораздо больше пришелся по душе капитан де Нансе!
    - Да, этот юноша и в самом деле проявил чудеса храбрости при Пон-л'Аббе! Кстати, мне кажется, я уже слышал это имя.
    - Конечно, ваше величество! Его сестра Маргарита моя фрейлина. Помните, она передавала вам о желании ее величества видеть вас?
    - Да-да, - кивнул Людовик. - Им покровительствует принцесса де Лонгвиль, не так ли?
    - Вы правы, сир. Это она устроила графиню моей фрейлиной?
    - Да, и мне кажется, вы об этом не жалеете?
    - Мне нравится м-ль де Нансе. Она вызывает доверие... в отличие от некоторых других моих фрейлин, - вкрадчиво произнесла Нинетт и пристально посмотрела на супруга.
    Людовик чуть покраснел и поспешил сменить тему:
    - Взгляните, кажется, герцог Вандомский почтил нас своим присутствием!
    И в самом деле, к ним приближался сводный брат короля.



    Пока он приветствовал царственного родственника и его супругу, взгляд Нинетт задумчиво скользил по зале...
    Сколько шелков, кружев, драгоценностей! На балу собрался весь парижский высший свет! Некоторые лица были знакомы королеве: Александр Бурбон, герцог Орлеанский, маркиз де Шале... Она посмотрела в другую сторону. У окна стояли герцогиня де Мотвиль и Маргарита де Нансе. Девушки о чем-то оживленно беседовали.
    Кажется, графиня даже не видела, как ее брата представили королю... Как странно, ее величество думала, что Маргарита окажется в первых рядах придворных, ведь такое событие должно много значить для всей семьи - после столь благосклонного приема перед капитаном де Нансе откроются самые заманчивые перспективы!
    Нинетт позволила себе легкую улыбку. Юноша был очень хорош собой, к тому же его офицерская выправка... Наверняка с этого момента он станет пользоваться огромным успехом у дам!
    Чуть поодаль герцог д'Эмери беседовал с... - королева вздрогнула.
    Что здесь делает епископ Люсонский? Духовная особа на светском приеме? Но она тут же усмехнулась собственной недогадливости. Конечно, священнослужителю нет дела до приема в Лувре, а вот шпиону королевы-матери…
    Словно почувствовав, что на него обращен взгляд ее величества, священник посмотрел в сторону Нинетт. Она поспешно отвела глаза. И тут же обругала себя за это - да кто он такой? В конце концов, она королева Франции, в то время как он всего лишь епископ к тому же из далеко не самой благополучной епархии!



    Взяв себя в руки, Нинетт вновь посмотрела в сторону его преосвященства, но тот, казалось, был полностью поглощен разговором. С легкой досадой королева отвернулась.
    В этот момент Людовик дал сигнал к началу танцев. Все грустные мысли разом покинули Нинетт-Антуанетту, она страстно любила танцевать! Тем более грело сознание, что Луи делает все это ради нее, не взирая на свое отрицательное отношение к подобного рода забавам.
    Повернувшись к королю, Нинетт одарила его самой ласковой и благодарной улыбкой. Людовик ответил ей долгим нежным взглядом. Эта улыбка вполне примирила его с необходимостью танцевать, что король не слишком любил, в отличие от своей прекрасной супруги.



  6. #20
    Старожил
    Приз симпатий форумчан 2010 (Душка форума), Новогодний костюмер 2011
      "Новичок 2006" , Лучший модератор раздела "Искусство и Литература" 2006, Народный модератор 2006, Народный лидер клуба 2007, Лучший модератор раздела "Творчество" 2007, Лучший консультант 2008, Народный лидер клуба 2008, Лучший модератор раздела "Творчество" 2008, "За вклад в развитие форума 2008", Лучший организатор конкурсов и викторин 2008, Душка форума 2008, Самый полезный участник раздела "Наука и Образование" 2009, Лучший консультант 2009, Лучший модератор раздела "Творчество" 2009, Душка форума 2009, Самый полезный участник раздела "Наука и Образование"2010, Лучший блоггер miXei.RU 2010, Лучший модератор раздела "Творчество" Проза 2011. Проницательное око
    Аватар для Оладушка
    Регистрация
    05.03.2006
    Адрес
    Первопрестольная, улица Ср
    Сообщений
    7,814
    Записей в блоге
    36
    Спасибо
    я - 1,215; мне - 1,167
    Не устаю восхищаться фотографиями. И обликом персонажей. Именно таким, как шевалье де Полле я себе представляла Рауля де Бражелона.
    События развиваются неспешно, прямо как у Дюма. И также, как у Дюма, много персонажей, в которых я, признаюсь, иногда путаюсь - но общего впечатления это всё равно не портит.
    Можно задать несколько вопросов:
    1. Не очень поняла про виконта Ла Морена. Такое чувство, что Шарлотта выбрала его в провожатые не случайно, что она знакома с ним и даже, пожалуй, интересуется им. Но как-то эта линия заглохла, и пока разъяснений нет. Будут?
    2. Епископ - это будущий кардинал Ришелье?
    3.
    Как я вам благодарна, и как мало таких, как вы, в этом стервятнике!
    Насчёт стервятника - ты сама придумала такую замену "гадюшнику"? Если да, то это гениально!
    4. И меркантильно-технический вопрос - а какая коробка поз использовалась для фото, где Франсуа целует руку Маргарите?

  7. #21
    Фанат Симс Аватар для Ninett
    Регистрация
    07.03.2005
    Сообщений
    3,515
    Спасибо
    я - 279; мне - 408
    Оладушка,
    спасибо за все теплые слова о сериале, это очень приятно!
    Отвечаю по порядку
    Виконт еще в повествовании непременно появится, и в частности, рядом с Шарлоттой, так что - немного терпения, и всё будет!
    "Стервятник" - заслуга целиком и полностью моего соавтора
    Епископ - это и в самом деле будущий Риш
    Для поцелуя используется не коробка, а родная игровая анимация, только при этом и у целующего, и у той, кого целуют, не занятые руки "зафиксированы" помощью коробки, добавляющей аксессуары и позы под них (такая серая с красным зонтиком, я в них выбирала позу, когда сим держит в левой руке клатч)

  8. Пользователь сказал cпасибо:


  9. #22
    Старожил
    Приз симпатий форумчан 2010 (Душка форума), Новогодний костюмер 2011
      "Новичок 2006" , Лучший модератор раздела "Искусство и Литература" 2006, Народный модератор 2006, Народный лидер клуба 2007, Лучший модератор раздела "Творчество" 2007, Лучший консультант 2008, Народный лидер клуба 2008, Лучший модератор раздела "Творчество" 2008, "За вклад в развитие форума 2008", Лучший организатор конкурсов и викторин 2008, Душка форума 2008, Самый полезный участник раздела "Наука и Образование" 2009, Лучший консультант 2009, Лучший модератор раздела "Творчество" 2009, Душка форума 2009, Самый полезный участник раздела "Наука и Образование"2010, Лучший блоггер miXei.RU 2010, Лучший модератор раздела "Творчество" Проза 2011. Проницательное око
    Аватар для Оладушка
    Регистрация
    05.03.2006
    Адрес
    Первопрестольная, улица Ср
    Сообщений
    7,814
    Записей в блоге
    36
    Спасибо
    я - 1,215; мне - 1,167
    Цитата Сообщение от Ninett Посмотреть сообщение
    "Стервятник" - заслуга целиком и полностью моего соавтора
    Бурная овация соавтору.

    Цитата Сообщение от Ninett Посмотреть сообщение
    Для поцелуя используется не коробка, а родная игровая анимация, только при этом и у целующего, и у той, кого целуют, не занятые руки "зафиксированы" помощью коробки, добавляющей аксессуары и позы под них (такая серая с красным зонтиком, я в них выбирала позу, когда сим держит в левой руке клатч)
    Во как! Век живи - век учись. Не знала о таком способе, надо взять на вооружение. Спасибо тебе большое!

  10. #23
    Фанат Симс Аватар для Ninett
    Регистрация
    07.03.2005
    Сообщений
    3,515
    Спасибо
    я - 279; мне - 408
    Оладушка,
    если будет возможность, соавтору непременно передам, мерси!

    Да не за что, я частенько этим приемом пользуюсь, плюс, если сделать сильно замедленные движения, то в то время, когда сим только двигает руку, чтобы принять нужную позу из этой коробки, можно получить очень неплохой ракурс

  11. Пользователь сказал cпасибо:


  12. #24
    Гуру
      Мисс Sims 3
    Аватар для VitaV
    Регистрация
    12.08.2005
    Адрес
    Вологда
    Сообщений
    2,554
    Спасибо
    я - 1,199; мне - 822
    Ninett, еще раз огромнейшее спасибо за продолжения, читаю запоем просто, сама знаешь!
    И да, от меня тоже большой привет соавтору!

    И спасибо за пример с коробками, очень познавательно, надо будет попробовать на досуге.

  13. #25
    Фанат Симс Аватар для Ninett
    Регистрация
    07.03.2005
    Сообщений
    3,515
    Спасибо
    я - 279; мне - 408
    VitaV,
    мне всегда до неприличия приятно читать твои отзывы, спасибо, моя дорогая!

  14. #26
    Фанат Симс Аватар для Ninett
    Регистрация
    07.03.2005
    Сообщений
    3,515
    Спасибо
    я - 279; мне - 408
    Глава 5

    В то время как бой часов разлетался над Парижем, оканчивалось богослужение в церкви Сен-Жермен-л'Оксеруа. Разошлись немногие высокородные прихожане, и священнослужители также отправлялись по домам.
    Молодого епископа, вышедшего из церкви, остановил слуга в ливрее королевского дома и вручил небольшой надушенный конвертик. Прочтя его на месте, епископ, не медля, двинулся в сторону Лувра.
    - Ваше преосвященство! - окликнул его слуга. - За вами карета!
    И через двадцать минут, не скрываясь, но, все же избегая людных зал, в покои ее величества королевы-матери вошел епископ Люсонский.
    - Я счастлив, приветствовать ваше величество. Чем обязан такой чести? - говорил он, пока Мария Медичи отпускала всех присутствующих.
    - И я не менее рада видеть вас, епископ, - отвечала она, когда все удалились. - Садитесь же, вы, верно, утомлены службой - вы так бледны!
    - Служение всевышнему никогда не может утомить, ваше величество, - спокойно отвечал епископ.
    - Как и служение личным целям, не правда ли?
    Выдержав паузу, молодой священник промолвил с внешним почтением:
    - Как будет угодно считать вашему величеству.
    Мария вздохнула.
    - И все-таки Вы утомлены. Да, я была жестока к вам, пригласив к себе сразу после заутренней. Но я искуплю свою вину. Вы желаете обедать?
    - Ваше величество, что вы!
    - В соседней комнате накрыт стол.
    - Ваше величество! - удивленно воскликнул епископ, однако уже в следующую секунду искренность вновь сменилась почтительной холодностью, - при всем уважении, мадам, это слишком большая честь для меня, - твердо отвечал он.
    - Отобедать со мной? Скорее это слишком большая честь для меня... Ведь были времена, когда вы обедали с другими придворными за королевским столом по левую руку от моего мужа и не пренебрегали просьбами королевы...
    В ответ на это епископ Люсонский промолчал, словно не желая ни соглашаться, ни опровергать сказанное.



    Медичи еще раз грустно вздохнула, чувствуя, что привлечь и обольстить молодого человека в свои годы ей уже не удается.
    - А как вас зовут, епископ? Ваше имя Арман Жан? - вдруг спросила она, все еще не желая оставлять личное и переходить к политике.
    - Да, ваше величество, - отвечал епископ и, чувствуя в том потребность, подпустил в интонацию ноту волнения, - Вы, как всегда правы, вам все известно о каждом!
    - Нет, увы, не всё... не всё... Дела, мысли, поступки человека раскрываются в истинном свете только перед лицом вседержителя...
    - Ваше величество, вероятно, имеет в виду исповедь? - терпеливо спросил молодой человек, уже понимая, к чему клонит королева, и надменно откинулся на спинку кресла. Впрочем, это было сделано не столько по расчету, сколько вынужденно: утренняя мигрень не оставляла его в покое, хотя он и старался приглушить боль.
    - Да, исповедь. Если мне не изменяет память, приближается торжество Успения.
    - Ваше величество всегда были доброй католичкой.
    - И я думаю, - продолжила королева, - что к сему святому празднеству всем членам королевской семьи необходимо исповедоваться.
    Арман Жан дю Плесси, епископ Люсонский, чувствуя, что боль не прекращается, а, следуя окольным путем, беседа займет еще немало времени, поинтересовался:
    - Что угодно от меня вашему величеству?
    Мария несколько принужденно рассмеялась.
    - Как вы прямолинейны! Ну что же, я желаю... желаю узнать что-либо необычное, если таковое будет присутствовать в том, что произнесет на исповеди Нинетт-Антуанетта.
    Епископ со скучным лицом кивнул.
    - Следовательно, ваше величество желает, чтобы я нарушил таинство покаяния?
    Королева нервно усмехнулась.
    - К чему такие громкие слова, ваше преосвященство? Нарушить таинство... я не об этом вас прошу!
    Епископ поднялся.
    - Я понял желание вашего величества. И я всегда рад любой возможности исполнить его.
    Мария тоже встала и протянула руку, на которой он, пожалуй, несколько дольше принятого запечатлел поцелуй.
    - И я не забуду вас и ваших желаний, - мягко отвечала она, - когда-нибудь мы с вами поменяемся местами, и вы поведаете мне о своих мечтах. А я, в свою очередь, постараюсь их осуществить....


    В то время как Мария Медичи вела беседу с епископом Люсонским, Маргарита принимала у себя брата. Всё утро во время большого и малого церемониала фрейлины королевы и даже королевы-матери не давали девушке покоя. По очереди они просили у неё минутку внимания, отводили в сторону и намекали на знакомство с её братом. Маргарита гордилась своим Шарлем, словно мать прославившимся сыном, и была в общем-то не против устроить ему знакомство. Но просящих было так много, а кого же изберёт брат… Поэтому девушка не давала никому конкретных обещаний, но лишь слово поговорить с братом о просивших.
    - Ну что, Марготта? Все мечтают познакомиться с героем при Пон-л’Аббе? – с улыбкой поинтересовалась Шарлота. Графиня кивнула.
    - И вы всем раздаёте обещания? – продолжала герцогиня.
    - Я не могу решать за брата, - отвечала Маргарита.
    - Из вас получится плохая сводница.
    - Я полагаю, сводницы из меня никогда не получится, - с достоинством отвечала девушка.
    - Вы знаете, - задумчиво говорила Шарлота, взглядывая на часы – стрелка приближалась к часу дня, времени, о котором сестра договорилась с Шарлем, но де Мотвиль, расположившись у графини в покоях, уходить не спешила, - Бытует такая теория… версия, что сёстры обычно мечтают женить братьев на своих верных подругах. Примером тому может служить хотя бы...
    - Достаточно, – Маргарита резко поднялась, - Я прекрасно вас поняла, Шарлота, и я с удовольствием продолжу беседу с вами позднее, но сейчас подходит время встречи. - Хорошо, - сказала Шарлота и тоже встала, только мягко и изящно, словно кошка, - Я вас тоже поняла, Марготта. До встречи! – и она с нежной улыбкой удалилась. А через две минуты в комнату, предупредительно постучавшись, вошёл капитан де Нансе.



    Скованность, вызванная долгой разлукой, непривычной для обоих обстановкой, спала не сразу. Шли минуты, а разговор был напряжён и неискренен. Но постепенно преграда рушилась, привычные имена, отношения и обращения возвращались. Забыв обо всех приличиях, брат и сестра сидели на софе совсем близко друг к другу, горячо держась за руки.
    - Ну и что, Шарль… как тебе понравился двор?
    - Двор? – молодой человек задумался, - Я… я не знаю. Боюсь, что он слишком…
    - Искусственен?
    - Нет. Он слишком мне понравился.
    - Что ты имеешь ввиду? – удивилась Маргарита.
    - То, Марго, что я чувствую, что был создан для службы штатской, а не военной.
    - Как? Ты бы променял запах пороха, о котором столько писал мне, радость побед, о которых столько говорил, настоящую мужскую дружбу, которую так ценишь, на всё это?
    - Я не знаю. Действительно, я видел, я чувствую, что то, что называется “свет” - нечто лживое и… и даже больше принадлежащее дьяволу, нежели поле боя, где царит смерть. Но теперь… теперь я бы многое отдал за то, чтобы остаться здесь.
    - Теперь? – Маргарита с улыбкой вспомнила многочисленные просьбы придворных дам, - А что теперь? Ты… ты… - однако она так и не смогла произнести слова “влюбился”. Но Шарль понял её без слов.
    - Влюблен? Я не знаю, Марго, - задумчиво произнёс он, - может быть. Я сам не понимаю, что происходит. Такого со мной ещё не бывало, хотя было многое, чего ты не знаешь…
    - Может, и не знаю, но догадываюсь, - с грустной улыбкой отвечала Маргарита, - но скажи мне, кто она? Быть может, я смогу…
    - Сказать? – он рассмеялся нервическим, отрывистым смехом, - Сказать её имя? Зачем, Марго? Это неважно, - он помолчал, - Ты знаешь, она… она не такая, как все. Я таких ещё не видел. Она… она словно не из нашего мира. Да, она может смеяться и, вероятно, плакать, хотя за каждую её слезу я отомстил бы, пролив моря крови, но при этом она стоит выше нас всех. И не только своим действительным положением. Я увидел это на её лице. Это – её гордость…
    Но тут он прервался, увидев испуганное лицо сестры. “Моря крови…” - такого она не слышала и не ожидала услышать от брата. Шарль провёл руками по лицу (руки Маргариты безвольно опустились) и промолвил:
    - Ну, да хватит об этом. Я не ожидал раньше от себя такого, но я разберусь во всём сам. Расскажи лучше, как ты? Как тут к тебе относятся?
    - Я выполняю обязанности фрейлины, имею подруг, с которыми провожу свободное от дежурства время… Всё спокойно у меня на душе.
    - На душе, - повторил Шарль и спросил, внимательно взглянув сестре в глаза, - а в сердце?
    Маргарита хотела отвернуться, но не смогла. Пальцы её машинально теребили кружевной платок, но она ответила спокойным ровным голосом:
    - Сердце? Нет, брат, оно холодно и пусто. В нём только ты, Люсьен, Жан и отец. И мама.
    - А…
    - Люблю ли я кого-нибудь… как женщина? – спросила она неожиданно прямо и сама усмехнулась подобной формулировке, - Думаю, что нет.
    - А тебя?
    - Меня?
    - Да. Признаться, мне показалось, что шевалье де Полле неравнодушен к тебе.
    - Шевалье? Может быть. Не знаю.
    - Тебе это безразлично?
    - Ну почему? Мне это льстит, конечно… Давай поговорим о чём-нибудь другом.
    - Хорошо, - Шарль на секунду задумался, а затем промолвил, словно бы через силу, -А её величество? Какая она? То есть, я хотел сказать, как она относится к тебе?



    - Её величество? Говорят, я её фаворитка, – Маргарита позволила себе усмешку пренебрежения, которая, впрочем, относилась к тем, кто говорит, а не к королеве.
    - Говорят? А ты сама? Что ты о ней думаешь?
    Маргарита не нашла бы в этом вопросе ничего необычного – брата интересуют люди, которые её окружают, от которых она зависит, - но что-то невидимое, неясное промелькнула в голосе, в интонации капитана де Нансе, словно сказанное им было нехитрой наивной детской ложью. Какая-то ниточка родства, протянувшаяся между ними, помогла Марго понять, что за этим вопросом кроется нечто большее.
    - Её величество Нинетт-Антуанетта, - заговорила она осторожно, но искренне, - наверное, будет настоящей королевой. Но пока она не всё ещё может понять при дворе. Мне так кажется. И сейчас ей нужна помощь. Человек, который бы помог ей ориентироваться в мирах клеветы и найти один-единственный мир правды. Я хотела бы быть этим человеком. А какая она сама? Она чувствительна, хоть и сдержана, горда… - и тут Маргарита вздрогнула, вспоминая слова брата о гордости той, что привела бравого, не знающего поражений капитана в смятение. В этот момент дверь в покои внезапно отворилась и на пороге возникла сама Нинетт-Антуанетта. И Маргарита, и Шарль в изумлении смотрели на ее величество - они даже не встали навстречу королеве, как того требовал этикет. Видя их недоумение, Нинетт рассмеялась.
    - Кажется, вы удивлены моим приходом?
    Звук ее голоса вернул брата и сестру к реальности - оба поспешно встали и полонились королеве.
    - Ваше величество, вы правы, это... так неожиданно, - смущенно произнесла Маргарита.
    - Надеюсь, я не помешала вашему общению? Признаться, мне захотелось прогуляться по Лувр, а заодно и узнать, как живут мои фрейлины.
    - Это честь для меня, ваше величество, - Маргарита бросила быстрый взгляд на брата, однако тот стоял, смущенно потупив глаза.
    - Вы позволите мне присесть? – приказав сопровождавшим ее фрейлинам подождать в коридоре, королева опустилась в мягкое кресло напротив Шарля и окинула взглядом комнату. - А у вас очень уютно!



    - Благодарю, ваше величество, - графиня уже пришла в себя от пережитого потрясения, вызванного столь неожиданным появлением королевы.
    Нинетт продолжала осматривать комнату, обставленную не слишком роскошно, однако с отменным вкусом. Ее взгляд задержался на картине, изображавшей рассвет на море - золотое небо с розовеющей полоской на востоке, там, где оно соприкасалось с перенявшей его цвет водой...
    - Чудесный пейзаж, - негромко произнесла Нинетт. - Знаете, в Испании я часто любила любоваться рассветом - из моей комнаты открывался неповторимый вид на сад перед дворцом и пруд, в котором отражались деревья и небо, - она замолкла, словно погрузившись в воспоминания о той далекой стране, которая была ее родиной.
    Маргарита и Шарль переглянулись, не смея прерывать ее размышления. Но вот Нинетт беззаботно улыбнулась.
    - Вы так молчаливы, капитан, - обратилась она к Шарлю, - вчера маршал Марсильяк рассказал нам о Пон-л'Аббе, вы и правда были настоящим героем!
    - Благодарю, ваше величество, - тихо промолвил капитан де Нансе, не поднимая глаз.
    - Не стоит, его величество и я гордимся, что в армии Франции служат столь отважные люди! - в ответ на это Шарль лишь покраснел.
    Маргарите такая застенчивость брата показалась странной - он никогда не робел перед высокопоставленными особами! К примеру, разговаривая с ее высочеством де Лонгвиль, он выказывал должное почтение, но эта робость... Конечно, сейчас перед ним была не старая принцесса, а юная королева Франции, однако подобное смущение все равно показалось Марго неестественным.
    - Графиня, - ее величество повернулась к Маргарите, - вчера на представлении я не увидела вашего отца графа де Нансе! Неужели он пропустил столь значительное в жизни сына событие?
    Графиня не нашлась, что ответить, однако Шарль пришел ей на помощь.
    - Ваше величество, вы правы, отца действительно не было, он не смог, так как...
    - Вам нет нужды оправдываться, - с улыбкой прервала его Нинетт. - Я уверена, что только очень серьезные обстоятельства помешали ему посетить Лувр. Однако передайте ему, что он должен гордиться таким сыном, как вы! - ее голос звучал ласково, хотя взгляд оставался холодным - он как будто ставил преграду между Нинетт и собеседником, не давая тому ни на минуту забыть о том, с кем он разговаривает.
    - Благодарю вас, мадам - капитан поклонился королеве.
    - Что ж, я оставлю вас, уверена, вам есть, о чем поговорить, - с этими словами ее величество грациозно встала. - Капитан, как долго вы пробудете в Париже?
    - Пока не знаю, ваше величество - это, к сожалению, зависит не от меня. Возможно, его светлость маршал уже на следующей неделе прикажет мне покинуть столицу.
    - Это было бы слишком сурово по отношению к вам и вашим близким, - покачала головой Нинетт. - Вы еще не виделись с отцом, да и Маргарита, я уверена, не хотела бы расставаться с вами так скоро.... Пожалуй, мне стоит поговорить с маршалом, чтобы он продлил ваш отпуск!
    - Большое спасибо, ваше величество, - произнесли Шарль и Маргарита.
    Нинетт-Антуанетта улыбнулась и подала юноше руку. Тот поцеловал ее с почтением, которое наблюдательной Марго показалось даже каким-то благоговейным.




    После этого королева в последний раз одарила свою фрейлину и ее брата благосклонной улыбкой и покинула комнату.
    Вернувшись к себе, Нинетт отпустила большинство придворных дам, в приемной остались лишь две-три фрейлины. Пройдя в спальню, королева подошла к окну. Двор перед Лувром был пуст.
    Низкое небо было сероватого цвета, неяркие лучи солнца лениво скользили по подоконнику.
    Нинетт глубоко вздохнула Даже приятное общение с Марго и ее братом не могло развеять ее дурных предчувствий - приближалось торжество Успения, а за ним и исповедь... Она вызвала в памяти образ своего духовника. Господи, и этот человек узнает все ее секреты?! Уж лучше не исповедоваться совсем, чем открыться его преосвященству! Нинетт усмехнулась; Мария наверняка хорошо платит за верную службу, а епископ, судя по тому, что она слышала, не может похвастаться большим состоянием... Однако и утаить что-либо от свого духовника тоже грешно. Впрочем, пока ей не в чем себя упрекнуть, поэтому вряд ли его преосвященство сможет порадовать свою благодетельницу какой-либо ценной информацией!



  15. #27
    Фанат Симс Аватар для Ninett
    Регистрация
    07.03.2005
    Сообщений
    3,515
    Спасибо
    я - 279; мне - 408
    Сегодня был черёд Маргариты читать на ночь её величеству. Королева часто отказывалась от чтения на ночь, как и других обычаев, заведённых в Лувре, но на этот раз не отказала своей фаворитке.
    Когда графиня вошла в королевскую спальную, то не смогла сдержать искреннего вздоха восхищения: Нинетт-Антуанетта стояла у окна и нежные лучи заходящего солнца высвечивали её тонкий силуэт, словно фигуру святой. “О да, я понимаю тебя, брат!” - одними губами промолвила Маргарита.
    Нинетт-Антуанетта резко обернулась. Тут только графиня с надлежащими словами совершила почтительный поклон.
    - Проходите, - отвечала ей Нинетт, садясь на кровать. Маргарита подошла к креслу для чтицы, взяла со столика Евангелие.
    - Ввиду завтрашнего события исповеди ваше величество, вероятно, желает что-нибудь из… - начала говорить она, но голос её показался королеве несколько странным, с хрипотцой. Нинетт внимательно посмотрела в лицо фрейлины, на котором играли блики от свечей, горевших, несмотря на заходящее солнце.
    - Что-то случилось, графиня?
    - Нет-нет, ваше величество, - поспешно отвечала Маргарита, отворачиваясь. Но Нинетт уже спела заметить покрасневшие глаза девушки.
    - Вы плакали, - сказала она.
    - Я… ваше величество, пожалуйста… - Маргарита почувствовала, как слёзы, которые ей не боле десяти минут назад едва удалось унять, вновь зазвенели в её голосе.
    - У вас что-то случилось, вас кто-то обидел? Я могу вам помочь, Маргарита? – Нинетт была встревожена. Если обижают или оскорбляют её фрейлину, значит невысоко ставят и её саму! М-ль де Нансе с трудом взяла себя в руки:
    - Нет, ваше величество, всё в порядке. Просто я загрустила по Англии.
    Нинетт-Антуанетта недоверчиво приподняла бровь.
    - Ведь это – страна моей матери, это почти моя родина. Моя родина, - с убедительной печалью говорила графиня. Нинетт поверила. Поверила просто потому, что такая печаль была ей очень хорошо знакома.
    - Что будет угодно услышать вашему величеству? – спросила тем временем Маргарита, вновь беря Евангелие в руки. Помедлив, королева отвечала:
    - Начните с начала. Почему считается правильным вырывать из писания отдельные куски текста и толковать их в свою пользу? - и, помолчав, она добавила, - Всё с чего-то начинается…
    И Маргарита взялась за чтение. Но в этот вечер ни одна из девушек не слышала произносимых графиней слов. Мысли королевы, как уже можно догадаться, продолжали витать вокруг завтрашнего покаяния и утренней исповеди. До неё оставалось меньше суток! Впрочем, Нинетт уже приняла решения: за ней пока нет ничего действительно страшного или интересного для королевы-матери. Она просто расскажет правду. А до следующей исповеди. О, она примет меры, чтобы к следующей исповеди обстоятельства изменились!
    Мысли же Маргарита касались только судьбы брата. В тот день, когда королева удостоила её покои своим посещением, выяснилось всё: брат признался, что влюблён в королеву. Три дня назад Нинетт-Антуанетта, продолжая благоволить к семейству де Нансе, лично попросила маршала дать капитану отпуск, чтобы тот мог ещё находиться в кругу семьи и друзей. Маргариту это привело в отчаянье: за три недели возможности видеть королеву Шарль потеряет голову окончательно, ведь за прошедшие дни он только утвердился в своём безумии: он не просто влюблён, он любит, обожествляет, готов на всё! Если Нинетт прикажет ему проткнуть себя шпагой или заколоть той же шпагой короля, он пойдёт и на это. Маргарита изо всех сил призывала брата к разуму, напоминая ему о законах дворянской чести. В ответ на это он лишь пожимал плечами: “Я не собираюсь делать ничего, противоречащего законам дворянской чести. Она – королева Франции. Но, кроме того, она моя королева”. Графиня уже было хотела просить Нинетт-Антуанетту устроить так, чтобы Шарля наоборот как можно скорее отправили на войну, но затем испугалась ещё больше его горячей готовности умереть во славу королевы и Франции. Теперь в битвах он стал бы ещё более неосторожен, чем прежде! Ситуация казалась безвыходной, и Марго не знала, чего можно ожидать от завтрашнего дня.
    А наступающий день сулил обеим девушкам много событий и неожиданных поворотов, и обе они примирились с этим, только одна решила гордо смотреть в лицо противникам, а другая – склоняясь, пропускать их вперёд.



    Сквозь тонкие занавески пробивались первые лучи солнца. Один из них скользнул на постель, где на шелковых простынях лежала королева Франции.
    Нинетт-Антуанетта уже проснулась, но вставать не спешила, наслаждаясь этими моментами утренней неги - теплыми лучами солнца, ярким, до боли голубым небом и просто радостью от начала нового дня. Сейчас она чувствовала себя готовой принять все, что он ей преподнесет.
    На постель прыгнула Жюли - толстая серая кошка, любимица королевы. С громким мурлыканьем она потерлась о руку Нинетт. Та улыбнулась и почесала ее за ушком. Жюли замурлыкала еще громче. Оставив кошку на постели, королева встала и босиком по толстому восточному ковру подошла к окну. Она отдернула шторы и, ничем теперь не сдерживаемый, солнечный свет залил комнату.
    Закрыв глаза, Нинетт с улыбкой подставила лицо ласкающему теплу и ветру, который приятно обдувал кожу и чуть развевал ее волосы. Она чувствовала себя как когда-то дома, в Испании - счастливой, свободной... И сильной, способной справиться со всеми трудностями, способной противостоять всем недоброжелателям...
    Часы на башне пробили семь раз. До исповеди оставалось около полутора часов. Однако даже эта мысль не омрачила настроения королевы. Даже наоборот, Нинетт с удивлением заметила, что ждет этого момента. Что ж, приятно будет дважды досадить королеве-матери: во-первых, нарушением обряда, который состоится в молельне Нинетт, а во-вторых, отсутствием у епископа Люсонского хоть сколько-нибудь значимой информации.
    Воспоминание о его преосвященстве заставило Нинетт вновь улыбнуться - на этот раз смущенно. Да, надо признать, что ее духовник очень красив. И так молод... Интересно, когда он начал свою карьеру? В любом случае, похоже, этот человек наделен выдающимися способностями - ему нет еще и тридцати, а он уже занимает видное место при дворе. А впрочем... Чтобы добиться расположения Марии Медичи вовсе не обязательно блистать умом и эрудицией. И пример с маршалом д'Анкром, чья не слишком долгая. Однако воистину блистательная карьера была целиком и полностью основана на исключительном благоволении к нему Марии Медичи, это наглядно подтверждал. Нинетт-Антуанетта, до своего приезда во Францию не слишком интересовавшаяся политикой, тем не менее, знала, что лишь с убийством маршала ее супруг стал королем не только официально, но и на деле. Что ж, возможно, епископ избрал тот же путь, что и тщеславный итальянец когда-то…



    Эта мысль была неприятна Нинетт, и она поспешила отогнать ее прочь. Сейчас не хотелось думать ни о чем плохом, и ее величество постаралась вернуть себе то ощущение счастья и свободы, что она испытала проснувшись. Ей это удалось, и легкие, радужные фантазии вскоре вытеснили все грустные мысли.
    Они не покинули ее и во время церемонии одевания, когда в ее покоях появились фрейлины. Нинетт-Антуанетта даже не старалась скрыть свое прекрасное расположение духа за привычной уже холодностью - это будет потом, а сейчас она искренне улыбалась своим придворным дамам, и в особенности Маргарите де Нансе. С каждым днем эта девушка все больше нравилась королеве. Она чем-то отличалась от своих подруг, в ней было что-то, что привлекало Нинетт-Антуанетту. Она искренне надеялась, что когда-нибудь графиня де Нансе станет не только ее фрейлиной, но и верной подругой. Не склонная доверять кому-либо королева все же хотела видеть рядом с собой человека, с которым она бы могла просто поговорить, способного отвлечь ее от одиночества. Да, Нинетт часто находило в нем отраду, однако бывали моменты, когда оно тяготило ее - одна, всегда одна, всегда холодная и бесстрастная... Ее с детства приучали к этой роли, но бывали моменты, когда Нинетт хотелось просто побыть собой, хоть на некоторое время забыть о своем сане.
    Впрочем, время было не подходящим для философских размышлений - до прихода епископа оставалось не более четверти часа!..



    Покинув молельню Нинетт-Антуанетты, епископ Люсонский не спешил отправиться к королеве-матери. На это у его преосвященства было несколько причин. Во-первых, не следовало выявлять свою привязанность перед всем двором, да и самой Марии Медичи не помешает подождать и потревожиться. Во-вторых, нужно было обдумать, что рассказать об исповеди королеве-матери. Тем более что рассказывать-то было нечего. Как и предполагал епископ, в исповеди юной королевы не прозвучало ничего интересного и значимого. Если что-то и крылось в душе этой холодной красавицы, то Нинетт-Антуанетта ничем не выдала себя. Именно в выражении "холодная красавица" и заключалось "в-третьих" - третья причина, по которой Арман Жан дю Плесси не спешил предстать перед королевой-матерью.
    Достоинство, величие, гордость в сочетании с искренностью перед лицом Господа... и такая холодная красота - манящая и отталкивающая.... Епископ Люсонский покачал головой: это потрясающая женщина, однако не стоит увлекаться - влюбленность и честолюбивые планы несовместимы. Хотя если это любовь к королеве... Молодой священник усмехнулся.
    Он отправился домой, так и не посетив покои королевы-матери. Выгода была очевидна: слишком много глаз по всему Лувру следило за его действиями. Очень скоро Нинетт-Антуанетте станет известно, что он не разговаривал после исповеди с Марией Медичи, и возможно.... Ведь будущее за испанкой, а объяснить королеве-матери промедление будет несложно.
    На лестнице епископ почувствовал на себе особенно напряженный взгляд. Он обернулся - в каждом движении присутствовали холод и пренебрежение - перед его преосвященством стояла молодая белокурая девушка, на щеках которой пылал румянец.



    Обладая хорошей памятью, епископ без труда вспомнил, что это одна из фрейлин Нинетт-Антуанетты. Однако имени ее он просто не знал.
    Фрейлина Нинетт-Антуанетты, недурна собой, да еще с таким взглядом - этим не стоило пренебрегать, тем более что на лестнице сейчас кроме них не было никого.
    - Мадемуазель, могу я узнать ваше имя?
    - Маргарита... Маргарита де Нансе... ваше преосвященство, - спохватившись, добавила она.
    - Я счастлив, что наконец-то имею возможность познакомиться с вами, графиня! - с очаровательной улыбкой произнес епископ, безошибочно вспомнив, что семейство де Нансе - графы, и, взяв безвольную руку девушки, поднес ее к губам...
    Через несколько минут он уже ехал в карете домой и не вспоминая о случайном, но, возможно, небесполезном знакомстве, а Маргарита же словно застыла и простояла бы так добрую четверть часа, если бы ее оцепенение не нарушил только что прибывший в Лувр брат.
    - Ах, Шарль, здравствуй!
    - Здравствуй, Марго! - с улыбкой отвечал капитан де Нансе, внимательно глядя на сестру. -Что с тобой? Ты так задумчива.
    - Я? Нет-нет, тебе показалось... Я просто ждала тебя и волновалась. Но теперь вижу, что напрасно, ты улыбаешься - радостные новости?
    - Разве ты не догадываешься?
    - Нет,- Маргарита покачала головой и вдруг ее взгляд озарился надеждой, - Ты помирился с отцом?
    - Да нет же! - с досадой воскликнул Шарль, - Ведь сегодня и завтра на торжественном богослужении я смогу видеть ее!
    - Тише! - испуганно прошептала Маргарита и как раз вовремя - на лестницу вышла Анриетта д'Эмери.
    - Ах, вот вы где, Маргарита! Нехорошо прятаться от подруг! - затараторила она с милой улыбкой, не спуская глаз с Шарля, - Между прочим, ее величество уже всех фрейлин отправила на ваши поиски, счастливица, так что поторопитесь!
    - Ее величество? Я пойду, Шарль, - сказала графиня и, не удержавшись, сжав руку брата, шепнула, - Держись! – по взгляну Анриетты было совершенно ясно, что бравого капитана де Нансе ожидала атака очередной поклонницы его славы.



    Оставшись у себя одна, Нинетт-Антуанетта праздновала победу. Без сомнения она вела себя с честью и достоинством, и Мария Медичи в эти минуты наверняка досадует на что, что ей не в чем упрекнуть юную королеву. Интересно, как будет пересказывать обыденную исповедь епископ Люсонский? Неужели ему, такому человеку, самому не будет смешно докладывать: "Она каялась в чревоугодии"? Нинетт рассмеялась. Однако что-то в ее внутреннем монологе насторожило ее. Что же? Да вот оно - "такому человеку" - опять он видится ей кем-то особенным... А разве это не так?.. Епископ словно невзначай – но наверняка специально! - обмолвился ей, что сразу же после исповеди отправится домой, чтобы отдохнуть перед торжественным богослужением. Однако в то, что его преосвященство покинет Лувр, не повидавшись прежде со своей августейшей покровительницей, юной королеве совершенно не верилось, но она не могла придумывать, как лучше узнать, правду ли сказал ей прелат. У кого-то спросить? Но ведь любая ее фрейлина скажет лишь то, что посчитает наиболее выгодным! Остается лишь графиня де Нансе. Ну конечно, именно она, одна из немногих, скорее всего не следила за епископом, но если уж что знает, то скажет правду. И Нинетт-Антуанетта приказала позвать к ней графиню.
    Дождавшись, пока они с Маргаритой останутся вдвоем, королева открыто - возможность быть искренней хоть с одним человеком из ее окружения доставляла Нинетт удовольствие - поинтересовалась:
    - Графиня, неизвестно ли вам, куда направился епископ Люсонский, после как моя исповедь была закончена?
    - Его преосвященство... - вспыхнула Маргарита, и ее левая рука невольно сжала правую - ту, которую обожгло прикосновение ледяных губ епископа, - его преосвященство... мне неизвестно, куда он направился, но, - тут графиня поняла, что именно интересовало Нинетт, - но я точно знаю, что он покинул Лувр сразу же после исповеди вашего величества.
    Нинетт-Антуанетта с нескрываемым удивлением смотрела на взволнованную фрейлину.
    - Что с вами, графиня? Вы чем-то встревожены? Что случилось?
    - Ах, нет, ваше величество... - еще больше смутилась Маргарита. - Право же, совершенно ничего!
    Нинетт надменно повела плечом.
    - Вам угодно скрывать ваши несчастья от вашей королевы? Что ж, как хотите. Но поверьте, графиня, я готова была видеть в вас подругу!
    - О, ваше величество! - с благоговением воскликнула Маргарита, опускаясь на колени, - Я недостойна, ваше величество! Что мои переживания - это лишь....
    Королева вздохнула.
    - Встаньте, графиня, - сказала она с улыбкой, в которой можно было увидеть как благоволение, так и презрение. - И оставьте меня одну. Королевам не пристало навязывать свое расположение подданным!
    - Ваше величество... - в ужасе от осознания того, что наделала, повторила Маргарита.
    Нинетт повернулась к окну. Безмолвно поклонившись, графиня де Нансе шагнула к двери.
    - Так вы говорите, - не оборачиваясь произнесла королева, - что оставив мои покои, епископ Люсонский....
    -Покинул Лувр, ваше величество, - закончила за нее Маргарита.
    - Благодарю вас. Можете идти.
    "Ох, и дурочка ты, Марго! - отчитала себя графиня, придя в свои покои и переведя дух, - тебе предложили королевскую дружбу, а ты, вместо этого, наверняка лишила себя и звания фаворитки! Но... королевская дружба, - она усмехнулась, - Я не припоминаю примера из истории, чтобы такая дружба хорошо кончалась! Впрочем, сейчас остается лишь вспомнить девиз Шарлоты - еще ничего не потеряно!"



    Когда дверь за Маргаритой закрылась, Нинетт глубоко вздохнула и безвольно опустилась в кресло. Несколько минут она сидела неподвижно, закрыв лицо руками... "Я была слишком откровенна с ней. Но мне и в самом деле хотелось видеть Маргариту моей подругой. Неужели я в ней ошиблась - и она такая же, как все? А впрочем, будь на ее месте де Мотвиль или любая другая моя фрейлина, они тут же кинулись бы уверять меня в своей искренней преданности, в своей верности, а Марго.... Быть может, она просто не ожидала... Или я слишком много прошу? Она должна подчиняться мне, служить, но никто не может заставить ее доверять мне против собственной воли! Что ж, я предложила ей свою дружбу - выбор за ней!"
    Нинетт-Антуанетта отняла руки от лица и выпрямилась в кресле. Ее взгляд упал на гранатовые четки, лежавшие на невысоком столике. Эти четки были освящены самим Папой и подарены ей Филиппом III перед отъездом во Францию. Взяв их в руки, королева откинулась на спинку кресла. Мысли ее вновь обратились к епископу Люсонскому. Итак, по словам Маргариты, он покинул Лувр. Как странно... А как же визит к Марии Медичи? Или, не получив от Нинетт хоть сколько-нибудь важной информации, он не решился разочаровывать свою благодетельницу?
    Губы королевы изогнулись в презрительной усмешке. Медичи явно недооценивала свою невестку. Неужели она и впрямь надеется узнавать ее секреты с помощью епископа? Какая наивность! Ей следовало бы действовать более тонко! А впрочем, возможно, что назначение ее протеже духовником юной королевы было продиктовано не столько расчетом, сколько желанием сделать приятное епископу... В надежде на ответную благодарность, конечно! Возможно, не столько политическую, сколько личного свойства!
    Нинетт с досадой отбросила четки. "Как это низко - добиваться успеха таким путем!" - по непонятной причине юную королеву раздражала сама мысль о том, что епископ - человек королевы-матери. Ее протеже, ее любовник? - вполне возможно! Пожалуй, последнее особенно раздражало Нинетт-Антуанетту, хотя она сама не отдавала себе в этом отчета.




    Несмотря на то, что все фрейлины королевы должны были присутствовать на торжественном богослужении, Камила д'Антраль осталась в Лувре, сославшись на недомогание.
    Дворец почти опустел, и девушка без труда различила в коридоре звук торопливых шагов. Ее сердце тревожно забилось. Шаги были все ближе - и вот в ее дверь постучали. Условный стук - неужели?..
    На пороге стоял невысокий мужчина в темно-коричневом камзоле. У него была бледная кожа, светлые волосы и тусклые серые глаза. Не говоря ни слова, он поклонился и протянул герцогине небольшой конверт. Камила жестом пригласила гостя войти, а сама отвернулась и чуть дрожащими от нетерпения руками распечатала письмо. В нем оказался небольшой листок, исписанный по-английски:
    "Моя прекрасная леди!
    Если в твоем сердце все еще горит тот же огонь любви, что согревал меня в томительные часы разлуки, ты не откажешь мне в счастье вновь видеть тебя! Я прибыл в Париж заранее лишь в надежде на нашу встречу, и только в твоих силах подарить мне этот рай на земле! Моя прекрасная Камила, я с нетерпением жду твоего ответа, который ты можешь передать мне с подателем сего письма!
    »
    Вместо подписи в нижнем углу была изображена лишь витиеватая буква «Б»; в постскриптуме же значилось: «У нас есть всего два дня до того, как я должен буду официально показаться при дворе, лишь два дня, в то время как я с радостью провел бы с тобой вечность! »
    Прочитав письмо, Камила оглянулась на посланника, но он стоял у стены молча, опустив глаза. Она вновь взглянула на письмо. Это он... Он! И он в Париже! Инкогнито, ради нее, только ради нее! Безумец, это же так опасно... Но все доводы рассудка вытеснялись одним пьянящим ощущением радости... и предвкушения. Увидеть его! Как можно скорее, сегодня! - обмокнув перо в чернила, Камила написала на листке только одно слово: "Сегодня! ". Затем, запечатав письмо, она протянула его слуге.
    - Должен ли я что-то передать герцогу на словах?
    Камила на секунду задумалась, но затем покачала головой.
    - Нет-нет, все изложено в этом письме! Ступайте!
    Слуга поклонился герцогине и вышел. А Камила еще несколько минут стояла у двери, прислушиваясь к звуку удаляющихся шагов. Остается ждать. Ждать сегодняшнего вечера, когда они наконец-то увидятся. Боже, неужели прошел целый год с момента расставания?
    Их роман был бурным, но очень кратким - Джордж Вильярс Бэкингем сопровождал английского принца Карла в его путешествии инкогнито по Франции, а затем Испании. Они встретились случайно - всего один танец, лишь мимолетное касание рук... Она уверяла себя, что забыла его, однако любовь, вспыхнувшая в тот вечер, все еще жила в ее душе. И вот теперь... Лишь одно письмо, и она уже готова пойти за ним хоть на край света. Боже, Камила, где же ваша гордость, где... Но о какой гордости может идти речь, если в мыслях только одно - дождаться вечера, дожить до встречи с ним!



    Столь долгожданной герцогиней вечер приближался. В Лувре стояло относительное спокойствие, и коронованные особы, и придворные находились в своих покоях. Некоторые из них - под влиянием благочестивых мыслей, другие просто утомленные присутствием при длительном богослужении.
    Несмотря на довольно поздний час, Маргарита де Нансе решила оставить свои покои и справиться о самочувствии подруги-фрейлины Камилы.
    Вечером в коридорах Лувра могла царить безмятежность, но могла и скрываться опасность – прикрываясь бесконечными слухами о привидениях и духах, немало заговорщиков и влюбленных встречались в темных опустевших галереях.
    И действительно, свернув в нужный коридор, Маргарита увидела, как в комнату д’Антраль скользнул человек в длинном сером плаще. Вздохнув, Маргарита задумчиво улыбнулась и направилась обратно. Кто бы это ни был, мешать она не станет.
    К своим покоям графиня выбрала самый длинный путь – безмолвные, полутемные коридоры не вызывали в ней трепета, даже наоборот, при той фантазии, которой обладала девушка, они помогали ей представить себя в английском родовом замке ее матери…
    Из задумчивости Маргариту вывело появление в противоположном конце галереи человека, лицо которого было закрыто капюшоном. Графиня и хотела бы остаться незамеченной, но здесь, как назло, света было достаточно. Тем временем человек уверенно приближался. Когда неизвестный проходил буквально в двух шагах от графини де Нансе, он внезапно остановился и откинул капюшон. Маргарита отшатнулась. Ее напугало не присутствие здесь епископа Люсонского, а то, откуда – вернее от кого! – он мог идти в этот час.



    Арман же пребывал в самом неплохом настроении – вечерняя аудиенция, на которую буквально потребовала его королева-мать, даже любезно сообщив пароль, окончилась весьма благополучно. Епископу удалось повернуть дело так, что его промедление днем оказалось полезным и предусмотрительным поступком; пусть на туманном, далеком горизонте, но перед ним замаячил кардинальский сан… И в завершение успешного дня - знакомство с молодой фрейлиной. В конце концов, почему бы и нет?..
    - Мадемуазель, - епископ нежно поцеловал руку Маргариты, - чем обязан счастью видеть вас здесь в толь поздний час?
    - О, ваше преосвященство… - не скрывая волнения произнесла де Нансе, - действительно, здесь… - она оглянулась.
    - Вы хотите мне что-то сообщить?
    - Да, ваше преосвященство, - решилась Маргарита.
    С легкой улыбкой епископ проследовал за графиней в ее покои. Что ж, пусть уж лучше обсуждают его любовные похождения, нежели в очередной раз твердят о службе у королевы-матери… А в том, что его присутствие в Лувре не останется незамеченным, он еще более убедился, когда заметил тень человека, почти убегающего от дверей в покои м-ль де Нансе.
    Мысли же графини – отрывистые, лихорадочные, - сейчас касались лишь одного: они наедине в её комнате… наедине с ним… О Боже! Она любит, любит его всем сердцем, теперь это ясно как день!..
    Внутренне дрожа, Маргарита удивлялась само себе – откуда в ней вдруг изящество, ловкость движений и даже томность!..
    - Ну что же, мадемуазель, что вы хотели мне сообщить? – очаровательно улыбнулся епископ Люсонский.
    - Ах, ваше преосвященство, боюсь, это не окажется достаточно интересным. Но… ожидается ли на днях приезд каких-либо значимых персон английского двора?
    - Да, не секрет, что через три дня ожидается новое посольство.
    - Так вот, ваше преосвященство, - с непонятной торжественностью произнесла Маргарита. – я смею предположить, что посольство уже в Париже! По крайней мере часть его…
    - Почему же вы так решили, мадемуазель? – осведомился епископ, бесшумно приблизившись к ней на несколько шагов.
    - Я видела англичан в Лувре!
    - Откуда вы знаете, что это были англичане? Несколько слов по-английски ничего не значат…
    - Поверьте мне, мсье, - смело перебила его Маргарита в то время, как епископ лишь улыбнулся на такое светское обращение, - я сумею отличить француза, говорящего
    по-английски, от англичанина!
    - Это все очень интересно, мадемуазель, - он нежно, но властно взял руку графини в свои, - но объясните, почему вы считаете, что меня, человека служащего Господу, может заинтересовать подобная новость?
    - Но что же вы, человек, служащий Господу, делали столь поздно у…- ревниво начала было Маргарита, но тут же запнулась.
    - И вы тоже верите в эту связь? – усмехнулся епископ.
    - Но… - графин потупилась.
    Арман все таким же властным, но нежным движением повернул ее лицо к себе и поцеловал Маргариту в губы.
    - И теперь верите?- тихо спросил он.
    - Ваше преосвященство, - едва выдохнула она, - вам лучше…
    - Лучше уйти, - легко согласился епископ, - Но ведь это не последняя наша встреча, мадемуазель?
    - О нет, - только и смогла ответить Маргарита.



    Арман Жан дю Плесси, епископ Люсонский, спешил вернуться домой. День принес много удач, но необходимо было правильно проанализировать все произошедшее, чтобы ничто впоследствии не могло обернуться против его преосвященства. Что же касается влюбленной фрейлины… Сведения, которые она сообщила, не так уж и важны, но она дала понять, что способна на большее. Графиня довольно хороша собой и, похоже, не глупа. Пожалуй, он не ошибся, что свел с ней знакомство!
    Оставшись одна, Маргарита не сразу пришла в себя. Итак. Золотые сны вечной мечтательницы начинают сбываться?.. Нет-нет, секундочку, надо здраво оценить ситуацию…
    Не боясь ночного холода, графиня распахнула окно - единственный способ остудить мысли. Порыв ветра потушил еще горящие свечи, заставив девушку вздрогнуть и обхватить себя руками за плечи.
    Что ждало ее впереди? Положение любовницы, возможно, шпионки епископа… Но разве у нее есть выбор? Оставаться честной недотрогой, потом выйти замуж по расчету за кого-нибудь вроде де Поле… Выбрать порочную, но столь яркую страсть или скучную праведную жизнь добродетельной женщины и супруги… Мысли всю ночь терзали девушку, и лишь под утро она заснула в кресле, у распахнутого окна.
    Когда Шарлота де Мотвиль перед самым началом утреннего церемониала зашла узнать, .где до сих пор пропадает ее подруга, она застала Маргариту скорее в бессознательном состоянии, герцогине едва удалось привести ее в чувство. И хотя казалось, что не может идти и речи о том, чтобы присутствовать на малом церемониале, графиня поспешно привела себя в порядок и, ничего не отвечая на расспросы подруги, направилась к покоям королевы.
    У входа в комнаты ее величества им встретился де Поле – он направлялся к Нинетт-Антуанетте с каким-то поручением от короля.
    Шевалье не ограничился простым приветствием, он поинтересовался о самочувствии мадемуазель де Нансе, выразив обеспокоенность ее нездоровым видом, в то время как Шарлота предусмотрительно отошла от них, всем своим видом показывая, что не желает мешать разговору.
    - Вы правы, сударь, мне действительно нездоровиться, - рассеянно отвечала Маргарита.
    - Должно быть, вам не спалось этой ночью, - негромко, но с горечью в голосе заметил де Поле, столь многозначительно взглянув на нее что девушка, до сих пор чувствовавшая сильнейшее головокружение, лишилась сознания…

  16. Пользователь сказал cпасибо:


  17. #28
    Лила
    Гость

    Улыбка

    Ninett, спасибо большое очень интересный сериал! Записываюсь в ряды ваших поклонников!

  18. #29
    Фанат Симс Аватар для Ninett
    Регистрация
    07.03.2005
    Сообщений
    3,515
    Спасибо
    я - 279; мне - 408
    Лила,
    большое спасибо, очень приятно!
    Ко мне можно на ты

  19. #30
    Участник Аватар для Мара Ли
    Регистрация
    27.03.2009
    Адрес
    Сочи
    Сообщений
    453
    Спасибо
    я - 237; мне - 258
    Ninett, какая же все-таки хорошенькая Ниннет! Не мудрено, что капитан в нее влюблен без памяти.
    Ну а Марго меня удивила! Вот меня бы в жизни не заинтересовали мужчины в подобной одежде, да еще и духовного сана.
    Впрочем, на вкус и цвет...
    Камила втайне принимает Бекингема, Ришелье бродит по Лувру в поисках неожиданного поцелуя, Мария Медичи выслушивает исповедь о чревоугодии!
    По-моему, замечательные события!
    Мне немного жаль де Полле. А вот влюбленность капитана действительно ничего хорошего не обещает.
    Что ж, ждем дальнейших событий и интриг!

Страница 2 из 8 ПерваяПервая 12345678 ПоследняяПоследняя

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения
  •